семинар лепская

1. Загальна характеристика геостратегії країн АТР: традиції і прогнози.

В последние годы пальму первенства по темпам экономического роста удерживают страны АТР — Китай, Япония, Тайвань, Сингапур, Южная Корея, Вьетнам. Так, например Китай достиг рекордных темпов роста ВВП — 9,6% и продолжает удерживать этот уровень. Анализ этих тенденций позволяет сделать вывод, что новые геополитические вызовы в XXI веке придут с АТР.

Характеризуя сложившийся сегодня геополитический баланс сил. Здесь определяют отношения между четырьмя главными геополитическими субъектами образуют стратегически параллелограмм Япония — США — Китай — Россия. Чтобы держать ситуацию под контролем создается Тихоокеанский мини ПАТО (Япония — Южная Корея — Австралия — Новая Зеландия), препятствует возвращение Тайваня Китая. Если сначала Япония была лишь местом пребывания американских оккупационных войск, то со временем стал основой американского присутствия в АТР.

В настоящее время Япония уже получила особый экономический статус — она ​​является партнером Америки в мировых делах, а это не только приносит плоды в политическом плане, но и экономически выгодно.

Японские лидеры видят геополитеческую миссию страны не так однозначно как в США. Многие японские политики находят нынешнее положение своей страны — одновременно глобальной экономической супердержавы и протектората в сфере безопасности — аномальными. Однако большинство японцев понимают, что внезапное изменение стратегического курса может быть опасным. Намеченные «три столба японской политики безопасности», где наряду с американо-японскими связями в области обороны подчеркивалась необходимость развития азиатского многостороннего диалога по безопасности. Фактически ставится под произведение американская стратегия «сдерживания Китая» и идея неофициальной уравновешенный каолизм, ограничен островными государствами — Тайванем, Филиппинами, Брунее и Индонезии.

Однако попытки создать реально такую ​​коалицию потребовало увеличения американского военного присутствия как и в Японии так и в Корее, но и привела бы к взрывоопасной геополитическом столкновение китайских и американо-японских региональных интересов, возможно, привело бы к военному конфликту с Китае.

Сложившаяся ситуация позволяет прогнозировать два наиболее вероятных геополитических сценариев в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Первый сценарий «континентальный блок» против «морской силы» — Китай и Россия против США, Японии и объединенной Кореи. В рамках этого сценария предполагается укрепление существующего союза США и Японии, что приведет к объединению двух Корей под эгидой американского влияния. В итоге геополитические интересы России и Китая значительно сблизятся — для защиты от американского давления в регионе, они вынуждены будут пойти на более тесный военно-политический союз. В результате в АТР могут образоваться две сферы влияния — американо-японо-корейский (западная) и китайско-русский (восточная). Трудно предположить, что это равновесие окажется мирным и устойчивым.

Второй сценарий, это противостояние США, Японии и объединенного Китая против России и Индии. Этот «сценарий» разработан Бжезинским, предполагает, что процесс объединения Китая будет развиваться быстрыми темпами и в случае благоприятного завершения может привести к тому, что США и Япония не смогут ему противостоять, и им останется только держать процесс объединения Китая.

Все это чрезвычайно усилит региональную роль объединенного Китая в АТР, что неминуемо приведет к развитию противоречий в самом «стратегическом треугольнике». Хорошие отношения России с Индией и Китаем позволили бы ей стать одной из «несущих конструкций» в этой геополитической ситуации.

2. Сутність концепції «Серединного царства» і її двоїстий характер.

Возвышение Китая до статуса мировой державы наиболее отчетливо наблюдалось в последнее десятилетие XX в. Выход страны на первые роли в мировой геополитике изменил всю геометрию международных отношений. Усиление Китая не затронуло так ни одну страну мира, как Россию. Поднебесная, или “Срединное царство”, превратилась в важнейший фактор, способный повлиять на геополитическое положение России в мире и на ситуацию внутри ее. В ближайшие 10–15 лет в силу объективных причин это влияние возрастет еще больше, что во многом объясняется специфическими условиями развития Китая.

На протяжении столетий геополитика Китая носила двойственный характер. Это обусловлено тем, что, с одной стороны, «Срединное царство» принадлежало к Rimland, «береговой зоне» Тихого океана, а с другой — Китай никогда не был талассократическим государством, так как всегда ориентировался на континентальные архетипы. Само историческое название Китая — «Срединное царство» — говорит о его теллурократических устремлениях.С начала XIX в. Поднебесная постепенно превращается в полуколонию Запада (преимущественно Великобритании). Поэтому вплоть до 3 октября 1949 г. (победа народа под руководством коммунистов над Гоминьданом) геополитика Китая была в своей основе атлантистская. Китай выступал в качестве евразийской береговой базы Запада. После победы над Гоминьданом и провозглашения Китайской Народной Республики в течение десяти лет Китай шел в русле просоветской — евразийской по сути — политики. Затем КНР исповедовала идеологию автаркии — опоры на собственные силы.После смерти Мао Цзедуна КНР с конца 1970-х гг. вновь стала входить в русло атлантистской геополитики. Это было обусловлено прагматической философией Дэн Сяопина (отца китайских реформ) и его сторонников. Больше дивидендов получал Китай от контактов с Западом, нежели с СССР, а теперь с Россией: во-первых, на Западе — деньги, кредиты, технологии, необходимые для индустриального развития КНР: во-вторых, пекинское руководство смотрело в XXI в. — население Китая к середине будущего тысячелетия перевалит за 1,5 млрд человек, значит, нужны новые территории, а они есть только на Севере и Дальнем Востоке. Следовательно, дружба с СССР, а сейчас с Россией связывает свободу геополитических действий Китая в Монголии, Забайкалье, в Казахстане и на Дальнем Востоке. Отсюда можно сделать вполне обоснованный вывод, что Китай опасен для России и как геополитическая база атлантизма, и как огромный инкубатор по производству людских ресурсов (общеизвестно, что Китай — страна самой высокой в мире демографической плотности).Вашингтон очень хочет сделать Пекин своим союзником. В свое время была опубликована статья К. Либерталя «Стал ли Китай нашим союзником?», где, в частности, говорится, что американские отношения с Китаем значительно улучшились по сравнению с теми временами, когда администрация Буша вступила в Белый дом, объявивши Китай «стратегическим конкурентом». Ныне, по мнению автора, признаки серьезного сотрудничества налицо повсюду. Например, Китай сотрудничает с США в глобальных усилиях борьбы с терроризмом.Однако не все так оптимистично, как утверждает американский журналист. Что мешает укреплению отношений Китая с США? А прежде всего авантюристическая политика Вашингтона в Персидском заливе (Пекин страшится повышения цен на нефть), а также отношения США и КНДР. Кроме того, китайские военные «весьма подозрительны к недавнему наращиванию военной мощи в соседствующих с КНР районах, усилению военных контактов США с Тайванем и продаже ему оружия»1.Создается впечатление, что главная целевая установка Китая на настоящем этапе — избежать ввязывания в какое бы то ни было подобие «холодной войны» с США, выигрывать время как для всемирного укрепления собственной экономики, так и для формирования надежного геополитического тыла: преимущественно в Северо-Восточной и Юго-Восточной Азии.Показательно, что после демонстрации укрепления китайско-американских связей одним из основных направлений дипломатической активности Китая были страны АСЕАН. Тут при действенном участии КНР разворачиваются работы по внушительным проектам строительства Трансазиатского газопровода, Паназиатской железной дороги, по Программе освоения зоны р. Меконг. Китай подписал соглашения о сотрудничестве в финансовой сфере с Малайзией, о предоставлении кредитов Индонезии.Объем торговли Китая со странами АСЕАН растет ежегодно. Предполагается завершить в 10-летний срок процесс формирования совместной зоны свободной торговли Китая и АСЕАН. В речах официальных лиц, уже муссируется идея о создании «азиатской валюты» наподобие евро, основой для чего послужил бы, разумеется, китайский юань.Вопросы субрегионального экономического сотрудничества в бассейне р. Меконг активно обсуждались и осенью 2003 г. Не замаячила ли впереди перспектива формирования чего-то подобного «Восточно-Азиатскому СЭВу» — масштабному экономическому союзу, который помог бы обеспечить Востоку экономическую базу в противостоянии хищническому натиску Запада? «Антитеррористическая война», развернутая Соединенными Штатами, их авантюрная ближневосточная политика, агрессивный курс по отношению к мифической «оси зла» как нельзя лучше благоприятствуют вызреванию такой тенденции.«Восточно-Азиатский СЭВ» (или нечто в этом духе) явился бы надежным геополитическим тылом Китая, послужил бы ему страховкой на случай опасных боев при вовлечении в мировую глобализацию, руководимую Соединенными Штатами.

Внешняя политика «Срединного царства» в конце XX в. была направлена на стратегический выигрыш времени для создания экономической и военной мощи, для превращения Китая в мировую сверхдержаву, коей он станет к 2030—2040 гг. И осуществляться это будет за счет присоединения (вслед за Гонконгом) Макао, а самое главное — Тайваня и других островов типа Спратли с огромными морскими шельфами. На острова в Южно-Китайском море КНР предъявляет особые права, хотя не меньше прав на спорные острова имеется у Вьетнама, Японии и других приморских государств. Геостратегической целью Китая станет достижение преобладающего влияния в Азиатско-Тихоокеанском регионе: от Филиппин и Индонезии до Бирмы.На Севере внешняя политика Китая держит в поле зрения Монголию и Россию. КНР станет активно добиваться фактического признания «особых отношений» с Монголией, т.е. присоединения более 1,5 млн км2 территории с населением чуть менее 2 млн человек. Это станет возможным, если Китай заставит своих соседей отказаться от участия в антикитайских коалициях, признать его ведущую роль в регионе. Одной из его конечных целей является проведение другими странами торгово-инвестиционной политики в пользу Поднебесной.Эта цель выступает как средство достижения глобальной цели — превращения Китая в супердержаву, способную бросить вызов не только США и Западу в целом, но даже коалиции ныне самых могущественных стран. Нет оснований утверждать, что для достижения своих целей Пекин прибегнет к военной силе. Он будет стремиться не вступать в открытую борьбу, а подавлять волю других стран своей мощью (демографической, экономической, военной), разделять потенциальных конкурентов, не вступая в связывающие его действия союзы, отдавая тем самым приоритет коренным интересам Китая, а не мирового сообщества.

3. Демографічна політика Китаю: регіональний і геополітичний аспект.

В основе промышленно-экономической стратегии Китая лежит концепция ресурсосбержения. Но для того чтобы выйти на уровень материального достатка среднеразвитых стран Европы, о чем объявило китайское руководство, КНР потребуются природные ресурсы еще одной планеты «по имени Земля». Отсюда и выдвижение тезиса «демографического империализма». Авторы этого тезиса У. Гогуан и Ван Чжаоцзюнь в книге «Китай после Дэн Сяопина: десять сущностных проблем» пишут, что любой стране мира будет угрожать крах, если хотя бы 10% китайцев устремятся за пределы своей страны. Этот тезис уже реализуется в Сибири и на нашем Дальнем Востоке.Даже если Пекину удастся ужесточить демографическую политику «одна семья — один ребенок», то к 2015 г. численность населения КНР возрастет как минимум на 300 млн человек. Примерно на 125—140 млн человек увеличится армия наемных работников.КНР преодолевает немало серьезных проблем. В частности, по неофициальным данным, почти 1/4 взрослого городского населения — безработные, а это почти 250 млн человек. Такое сложное социальное явление порождает, как правило, настроения эмиграции. Она есть и в Китае: официальная и нелегальная. Китайцы чрезвычайно трудолюбивы, быстро адаптируются в новой обстановке, легко приспосабливаются даже к экстремальным условиям, неприхотливы в еде, легко переносят жару и холод и т.п. Вот эта уверенность в своих силах, способность жить везде и является одной из немаловажных причин готовности безработного жителя Поднебесной к эмиграции.По данным экспертов, на территории Российской Федерации, особенно на Дальнем Востоке и в Забайкалье, нелегально проживает около 2 млн китайцев. Они занимаются торговлей, земледелием, заводят семьи и получают вид на жительство. Если называть вещи своими именами, идет тихая, ползучая китаизация приграничных земель России, особенно Приморья. Всего же китайцы с помощью официальных и неофициальных каналов «осваивают» 72 страны мира.К концу XX в. демографическая нагрузка на китайские части российско-китайских речных бассейнов превышала российскую в 17 раз. Немалая часть китайцев (по российским стандартам) вовлечена в различные формы проникновения на юг Дальнего Востока, Забайкалья, Сибири, а также на территории Казахстана и Киргизии, куда также активно проникают китайские казахи и киргизы. Не сняли китайцы и своих претензий в отношении Горно-Бадахшанской области в Таджикистане.Политика «демографического империализма», т.е. усиливающиеся миграционные процессы из Китая, могут повлиять и на умы среднеазиатских республик.Если учесть, что население Средней Азии удваивается через каждые 23—25 лет, а его расселение жестко ограничено пустынями и высокогорными территориями, то не исключено, что внимание узбеков, казахов, киргизов, как и китайцев, может быть привлечено к жизненным пространствам Алтая, Сибири. Пока же в Средней Азии идет борьба за перераспределение сфер национального влияния и пересмотр нарезанных в начале 1920-х гг. границ. Так, Ферганская долина после ликвидации СССР превратилась в объект острых территориальных разногласий между Узбекистаном, Киргизией и Таджикистаном.Сейчас таких территориальных споров между тремя бывшими советскими республиками более десятка. Они принесли уже кровь и трагедии для тысяч людей. Эти военные конфликты «выдавливают» в основном русское население (но не только русское) в Россию. Но в этно-территориальные конфликты, происходящие в Средней Азии, Казахстане, Киргизии, могут вмешаться не только этнические казахи и киргизы Китая, но и уйгуры, монголы, тибетцы, проживающие на северо-западе КНР, во Внутренней Монголии. Что касается Внешней Монголии, то территория ей не нужна, жизненного пространства населению хватает, но подпирает с юга могучий сосед — Китай. Куда пойдет его экспансия? В Улан-Баторе этого не знают, как не знают и в Москве.

4. Роль Японії в АТР. Сутність японського геополітичного менталітету.

Современное положение Японии, ее политическая роль в мире совершенно не соответствуют достигнутой экономической мощи Страны восходящего солнца. В начале XXI в. политические условия, навязанные Японии США после поражения в войне 1941—1945 гг., а также настороженное отношение к ней политических лидеров и народов стран, оккупированных милитаристской Японией в 1935—1945 гг. (Манчжурии, Кореи и т.д.), значительно ограничивают ее свободу в выработке внешней политики, в выборе геополитического пути. Это касается и геостратегических отношений с ближайшими соседями, включая Россию.

Историческая ретроспектива

Япония — государство в Восточной Азии, занимающее цепь островов (Хоккайдо, Хонсю, Кюсю, Сикоку, архипелаг Рюкю и др.), которых всего около 4 тыс.; омывается Тихим океаном, Японским, Охотским и Восточно-Китайским морями; общая площадь территории 372 тыс. км2.Один из основателей геополитики К. Хаусхофер относил Японию к «островным странам с континентальным типом мышления». Немецкий ученый полагал, что Япония представляет собой полную противоположность другого островного государства — Англии. Оснований для такого противопоставления было немало. Англия всегда отгораживалась от Европы, противопоставляла себя ей. Япония, напротив, поддерживала тесные связи с Азией, в большей степени с азиатским Китаем, Кореей, и обязана континенту практически всем — от письменности до орудий труда и производства. В духовной жизни эту связь проследить тоже нетрудно: древние сакральные тексты исторических сборников «Кодзики» («Запись о деяниях древности», 712 г.) и «Нихонги («Анналы Японии», 720 г.) — средоточие японской традиции — во многом заимствованы из китайского, корейского, а также индийского и малазийского духовного богатства.В указе Екатерины II от 8 июля 1779 г. сказано, что острова, «простирающиеся от Камчатки… на юг до Японии», находятся в «обладании» России. Через несколько месяцев на эти острова высадились небольшие десанты японцев, которые низвергли русские кресты как знаки принадлежности этих островов России.Екатерина II издала Высочайший Указ (стиль и орфография оригинала сохранены): «Приведенных в подданство на дальних островах мохнатых курильцев оставить свободными; и никакого сбора с них не требовать; да и впредь обитающих там народов к тому не принуждать, но стараться дружелюбным обхождением и ласковостью для чаемой пользы в промыслах и торговли продолжать заведенное уже с ними знакомство» 1.Так, именным Указом от 22 декабря 1786 г. Екатерины II все Курильские о-ва, Русская Америка (Аляска), Алеутские, Лисьи и некоторые другие острова в северной части Тихого океана были присоединены к Российской империи2.В 1853 г. в Японию прибыла русская миссия во главе с Евфимием Путятиным. Император России Николай I в инструкции, данной Путятину, указывал, что Россия относит к Курильской гряде и острова к югу от о. Итуруп до Японии, т.е. те четыре острова, на которые упорно претендует нынешнее правительство Японии.По русско-японскому договору 1855 г. все Курильские о-ва к северу от о. Итуруп объявлялись владениями России. По русско-японскому договору 1875 г. Россия уступила Японии 18 курильских островов. Санкт-Петербурге был подписан документ, который назывался «Трактат о промене части острова Сахалин на гряду Курильских островов», где говорилось, что в число обмениваемых островов вошла «гряда», или «группа», островов, в число которых Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи не входили.После поражения России в войне 1904—1905 гг. по Портсмутскому мирному договору, навязанному России прежде всего США и Англией, эти четыре острова и половина о. Сахалин отошли к Японии.

Роль Японии в АТР

Японскую экономическую систему ряд специалистов называет «некапиталистической рыночной экономикой». Японская система управления становится все более популярной на Западе. Один из ее важнейших принципов — все члены фирмы должны быть связаны узами взаимных обязательств в своего рода «семью». Быть членом «семьи» — значит руководствоваться принципом, согласно которому «семья» предполагает взаимную ответственность всех за благополучие каждого. Эта ответственность распространяется не только на рабочего, но и на менеджера, который, как «старший брат», должен заботиться о своих подчиненных.Пользуясь большой финансовой помощью США, Япония после Второй мировой войны добилась самых высоких в мире темпов развития промышленности и сельского хозяйства, прироста товаров и услуг.

Во второй половине 1990-х гг. средний рост ВВП составил 1,3% (в США и Европе — 3,3 и 2,1% соответственно). В 2000 г. экономика стала показывать признаки оздоровления: в первом квартале ее рост в годовом выражении составил 2,4%. Но в первом квартале 2001 г. в годовом выражении ВВП Японии снизился на 0,2%. Дефицит энергии экономического роста, криминализация производства, хроническое падение курса иены свидетельствуют о том, что послевоенный бурный экономический рост и связанный с ним такой же бурный рост уровня жизни позади. Японское «чувство превосходства» покатилось вниз. Об этом говорят социологические опросы. Если в 1978 г. лишь 15% японцев считали себя несчастными, то в 1998 г. их число достигло 23%. Довольных жизнью в 2006 г. было менее 47% из числа респондентов.Сейчас Японию настигает могучий сосед — Китай. Отношение валютных резервов к ВВП снижается с 25 до 17%. Накопление валютных резервов как следствие послевоенного бурного экономического роста к концу XX в. значительно упало. К 2007 г., по мнению экспертов, золотовалютные запасы Японии и Китая сравняются. Тенденция к замедлению роста валютных резервов характерна для многих стран Азии и Европы: Японии и Кореи, Китая и Тайваня, Италии и Германии. Однако в начале XXI в. экономика стран АСЕАН пошла в гору. Между Японией и странами АСЕАН весьма активно развивается торговля. Это главное содержание будущего восточноазиатского сотрудничества. И сейчас министры финансов Японии, Китая и Южной Кореи говорят об укреплении финансового сотрудничества азиатских стран: рассматривают варианты создания единой региональной валюты. Функционирует Азиатский банк развития в индийском городе Хайдарабад. Но азиатский вариант евро — дело довольно отдаленной перспективы, так как велик разрыв в уровнях экономического развития стран региона, не созданы системы перевода средств из более богатых в более бедные страны1.

5. Позиція Індії в сучасному геополітичному просторі

Все большее значение для Индии приобретает Индийский океан. Морская граница страны протянулась почти на 6 тыс. км. Морем идет основная масса энергоносителей. Индоокеанский регион, а это почти 2 млрд человек, представляет огромный потенциальный рынок, источник сырья и дешевой рабочей силы. Поэтому в конце прошлого века Индия, ЮАР и Австралия стали создавать Ассоциацию регионального сотрудничества прибрежных государств Индийского океана (АРС ПГИО). Сейчас в нее входят 15 государств — от Южной Африки на Западе до Австралии на Востоке. Аналитики Института стратегических исследований при министерстве обороны Индии полагают, что численность стран, входящих в Ассоциацию, может возрасти до 35, а с учетом стран, зависящих от океанских транспортных путей, — до 52, включая бывшие советские республики Средней Азии.Ассоциация в силу военно-стратегического и геополитического значения региона привлекает самое пристальное внимание США и Китая. В связи с этим в документах встреч на высшем уровне между Индией и ЮАР записано, что стремление США поставить под контроль ресурсы нефти и газа Каспия и других районов бывшего СССР, тяготеющих к акватории Индийского океана, создает потенциальную угрозу интересам обеих стран. В переговорах с Австралией обсуждались вопросы создания коллективной безопасности в акватории океана.Одна из важнейших задач, которую ставят перед собой члены Ассоциации,— установление доверия между ними, обмен информацией о военных бюджетах, о перемещении военных кораблей и намечаемых маневрах, проведении совместных учений, подготовке военных кадров и т.д. Это суперобъединение может стать одним из альтернативных полюсов влияния в мире.Индийские конструкторы и бизнесмены активно противодействуют попыткам Украины, некоторых стран, входивших в Организацию Варшавского договора потеснить российских производителей с их законных позиций на индийском рынке с помощью демпинговых цен.Сотрудничество СССР, а сейчас России с Индией длится более 40 лет. Оно является основой стратегического партнерства между нашими странами, носит долгосрочный, плановый характер. Его углубление и усовершенствование отвечает национальным интересам Индии, задачам укрепления ее обороноспособности.Успешное развитие торговли с Индией дает работу трудящимся 1500 предприятий обороной промышленности в 72 регионах России. В настоящее время около 40% экспорта продукции нашего военно-промышленного комплекса приходится на Индию. За последние пять лет на военно-техническом сотрудничестве с этой страной мы заработали более 7 млн долл.»2.Прочный союз России и Индии позволит не только положить предел геополитическим притязаниям США и их сателлитов, но и оказывать влияние на внешнюю политику Пекина, особенно на его стремление обновить Великий шелковый путьВ любом случае реализация идеи РИКИ коренным образом изменит геополитическую ситуацию в Азии и в мире в целом. Хорошие отношения России с Индией, Китаем, Ираном позволили бы ей стать одной из его главных «несущих конструкций».